Путешествие в страну съедобных каштанов

Минск
Минск произвел впечатление города застывшего во времени. Рекламы по сравнению с Киевом практически нет. Можно остановиться посреди города, обернуться на 360 градусов и не увидеть ни одного бигборда, ситилайта или прочей мозгопромывательной фигни. Впрочем, судя по некоторым фактам, можно сказать, что город (и страна) не просто застыл во времени, а активно движется в обратном направлении. К примеру, площади Независимости было возвращено старое название - площадь Ленина. В транспортном управлении на это не все успели среагировать и местами в транспорте объявляют старое название. По телевидению, которое удалось с интересом посмотреть у друзей, гонят откровенную пропаганду. Однако, несмотря на неопределенность со временем, в городе прослеживается активность наци скинов. В день, когда мы гуляли, проходил футбольный матч и прогулка совпала с ним по времени, так что вся гопота и скины были на стадионе. Но перед этим они успели заклеить центральные улицы листовками с фашистскими лозунгами. В связи с этим была проведена международная беларусско-украинская антифа акция, в ходе которой листовки срывались или изменялись с помощью маркера. В общем, время в Минске было проведено с пользой.
На следующий день мы присоединились к СНГешной делегации, погрузились в автобус и отчалили в западном направлении.

Беларусско-польская граница
На границе продержали около восьми часов. За это время леворадикальная молодежь порывшись в своей памяти накопала несколько детских игр и, позабыв о некоторой идеологической неприязни, принялась с дурацким восторгом предаваться забавам. Лично мне больше всего понравилось взявшись за руки носиться змейкой между машин стоящих в очереди на границе и смотреть на офигевающих водителей.

Берлин I
Первое посещение Берлина было относительно кратковременным. Так получилось, что обязательная восьмичасовая стоянка выпала на Берлин, а точнее, под Берлин: до центра было еще около часу хода на общественном транспорте. Все равно это близко, решили мы, и не преминули этим воспользоваться. За это время мы успели побывать в гостях у друзей автономов на Йоркштрассе. Весь пятиэтажный дом в 2 подъезда занят активными леворадикальными людьми. Через некоторое время после нашего приезда, домой стали возвращаться люди ездившие на протесты против захоронения ядерных отходов корпорацией Castrol. Настроение было оптимистичное, по их словам местные фермеры настроены радикально. Меня, никогда прежде не бывавшего ни в каких подобных местах, все страшно восхитило, и вселило оптимизм относительно возможности построения подобного пространства в Украине. Кто делает, тот добивается!
Так же приятно порадовала неожиданная встреча с нашим другом живущим сейчас в Лондоне, который там кроме основной работы тесно сотрудничает с Indymedia UK.
В Берлин я вернусь еще раз на обратном пути.

Увидеть Париж и...
В Париж приехали 12 ноября днем. Как нам и обещали, поселили нас в спортивном зале гимназии имени Ромена Ролана, находящейся в пригороде Монтрё (Montreuil). Выдали проездные на все виды транспорта на три дня, начиная со следующего. Вечером всех пригласили на символический фуршет в мерию. Там перед нами выступил заместитель мэра с какой-то ерундовой официальной речью. За небольшой промежуток времени, который он говорил, он даже успел солгать нам по поводу названия картины висящей в мэрии, на чем и был пойман позже товарищами анархистами. Концерт организованный в мэрии по случаю нашего приезда мы продинамили и поехали на анархистскую встречу-обсуждение. Прийдя на место, мы обнаружили помещение до верху забитое активно дискутирующими франкоговорящими либертариями. О переводе на английский не было и речи. Один из либертариев, Давид, с которым удалось перекинуться парой слов на английском, обмолвился, что ему негде ночевать. Мол, приглашали, заверяли, что все будет в порядке, а теперь такой вот казус. Позже я слышал, что так произошло не только с ним.
В связи с языковобарьерным обломом отправились слоняться по городу.
Следует отметить, что ЕСФ был укомплектован переводчиками значительно лучше Либертарного Форума. На каждом заседании/семинаре был перевод на несколько языков, среди которых, обычно присутствовал английский, а иногда и русский. Хотя некоторые люди и говорили, что встречали английский перевод на ЛCФ, лично я его ни разу не встретил (то, что пару раз удалось услышать, можно назвать вольным пересказом, но ни как не переводом). Так что, поучаствовать в обсуждениях к сожалению не удалось, пришлось ограничиться случайными контактами с отдельными личностями.
13 ноября утром отправились на пленарное заседание, на котором выступала Юля Окунь из Хранителей радуги. Заседание проходило в огромном зале. Всем желающим выдавали радио наушники, надев которые можно было настроиться на каналы с переводами происходящего в зале на разные языки. В целом, не считая выступления нашей подруги, говорили длинно, скучно, общими фразами. Не дождавшись конца мы поехали в медиацентр Металлос Лаб.
Металлос Лаб проходил в помещении принадлежащем профсоюзу металлургов, которое отдали на растерзание медиа активистам. На первом этаже относительно большой зал с компьютерами с выходом в Интернет, телевизорами и видеомагнитофонами, показывающими различные протесты и акции снятые активистами, много столов с информационными материалами и маленькая барная стойка с чаем и кофе из Чиапаса (которым поили на многих мероприятиях форума). В глубине, за первым залом находился кинозал в котором в момент нашего прихода готовились показывать фильм (дождавшись начала фильма я в который раз разочарованно убедился в отсутствии перевода или титров). На втором этаже находилась комната для дискуссий. В Металлос мы пришли расчитывая послушать активистов Итальянской Индимедии, но как оказалось они сорвались на незапланированную акцию с группой других медиа активистов. Облом. Поскольку интернет оказался тормозным и поводов оставаться, кроме бесцельного тусования, уже не было мы передислоцировались в обнаруженное за углом интернет кафе, откуда благополучно решили все свои электронные дела, а Димка, кроме того, набросал заметку на Русскоязычную Индимедию. Оттуда поехали на встречу анархо синдикалистов. По пути, возле кладбища Пер Лашез, попали на раздачу бесплатной еды от мерии. Довольно много русских и украинцев. С одним украинским нелегалом удалось немного поговорить. Выяснилось, что он нелегально живет в Париже уже 2,5 года, нелегально работает, и невзирая на все тяготы, домой не собирается. Еще немного поговорив с ним о разных мелочах мы распрощались и двинулись дальше.
Прибыв к синдикалистам встретили друзей из Сибирской конфедерации труда. На этом семинаре французкие товарищи попытались устроить перевод на немецкий и английский, но он (английский) оказался настолько сжатым, что слушать было невозможно. Выйдя на улицу мы встретили Давида. Он начал было приглашать нас на акцию сквотирования какого-то пустующего и, по его словам, просто огромного, дома, но когда он пошел уточнять для нас место встречи и время, его товарищи его обломали. Все оказалось покрыто мраком и глубоко законспирированно. В принципе их можно понять, акция ведь незаконная.
Совсем поздно вечером поехали на панк концерт, на котором нарвались на так отвратительно игравшую группу, что я даже начал уверять всех окружающих, что панк - абсолютно тупиковая ветвь музыки. После прослушивания хорошего, политически ориентированного панка меня попустило, и я беру свои слова обратно.
На примере этого дня мы прочуствовали один из главных минусов обоих форумов - перемещения отнимают катастрофически много времени.
14 ноября международной сетью No Vox была запланирована акция по привлечению внимания к проблеме нелегалов. No Vox - сеть сопротивления движений "без" - без крова, без документов, иммигрантов, подавляемых меньшинств и т.п. Встреча была назначена в центре GLAD (Espace de Globalisation des Luttes et des Actions de Desobeissance) - центре обмена опытом, подготовки и создания акций, центре с передвижными кухнями Rampenplan, Radis Noirs, La Chorba, индимедийным пространством и музыкой. Одним словом, в крайне положительном месте.
Когда по представлениям организаторов собралось достаточное количество человек, среди которых было немало чернокожих семей с детьми на руках или в колясках, все с флагами и транспарантами двинулись к метро. Там, разбившись на несколько групп, подземкой добрались до пустующего здания, в котором раньше были склады, и символически засквотировали его, разместившись разноцветной толпой на плоской просторной крыше. Среди участников этой акции был замечен Жозе Бове. Кстати, проезжая на следующий день мимо этого места мы видели, что флаги и транспоранты по-прежнему украшают крышу. От места акции мы направились к месту проведения ЕЛФ. Выйдя из метро сразу стало ясно, что найти его можно даже не разбираясь в карте. С первых шагов мы увидели указатели в виде буквы А в круге и стрелки. По этим указателям, нарисованным на самых разных поверхностях, так ни разу и не заглянув в карту, мы без проблем добрались до места. Улочка, на которую выходило здание, была перегорожена полицейскими машинами, и напротив через дорогу у дома с заколоченными окнами стояло около 5 полицейских. Как позже нам рассказали, участники ЕЛФ провели попытку сквотирования этого дома, но полиция прибыла слишком быстро и, как я понял по рассказам, некоторых участников этого действа свинтили.
Здание, в котором разместился ЕЛФ было полукруглое, с небольшим двориком, в котором стояла передвижная кухня, и были газоны, на которых разметилась отдыхающие радикалы. В середине находились три просторные комнаты для дискуссий, комната в которой можно было купить горячую еду, и комната для детей. В холле продавалась разнообразная анархистская литература.
Упершись лбом в языковой барьер опять пришлось отказаться от участия в дискуссиях и пойти общаться с людьми во дворе. Отчаянно пытался не заснуть, так как на третий день (не считая дней в пути в автобусе) организм начал протестовать против наглого недосыпания и беспощадной эксплуатации. Дальше наш путь лежал на семинар ЕСФ посвященный лагерям в которых содержатся беженцы и нелегалы. Там мы увиделись с активистами Но бордерс. Но во время семинара усталость меня догнала и я отключался раза четыре.
Из-за долгих разговоров после семинара мы опоздали на стрелку и побродив некоторое время на условленном месте устало поехали домой.
15 ноября. Утром отправляемся на пленарное заседание по Чечне. По пути встречаем американку из какого-то профсоюза говорящую по русски и собирающуюся в декабре в Киев. Мир полон загадочных совпадений.
По окончании семинара НТВшники жаждут нас. Едем на кладбище Пер Лошез (Pere Lachaise) на церемониальный телевизионный поклон к могиле Махно. Эта некрофилия, тогда, когда времени не хватает для живых, мне глубоко не понятна, но после кладбища собираемся на демонстрацию, а искать всех потом неизвестно где не хочется.
Колумбарий выглядит как автоматические камеры хранения на вокзале. Неподалеку от Махно случайно обнаруживаем ячейку принадлежащую Айседоре Дункан.
Едем на демо. Из за того, что опаздываем решаем выйти из метро не на месте сбора, а по центру первой улицы на маршруте колонны. Оказалось не зря - выйдя из метро оказываемся в центре колонны идущей с черными и красно черными флагами. В колонне движутся 3 автомобиля со звукоусиливающей аппаратурой. От количества окружающих единомышленников кружится голова. С одной из машин раздаются наклейки, которые тут же по пути клеятся на любые подходящие поверхности включая собственные куртки и штаны. Скандируем французкие речевки. Если не полностью, то, по крайней мере, те части, которые можем разобрать. Выходим на площадь, на которой уже стоят социалисты. Довольно долго на ней тусуемся, так как социалисты не хотят присутствия анархистов в хвосте своей колонны. За это время часть анархистов уходит на ЛCФ. Когда же колонна наконец начинает двигаться возникает несколько стычек с социалистами. В нашем лагере двое панков с разбитыми в кровь головами.
Эти стычки меня очень удивили и огорчили. Я ожидал всего, драки с полицией, с наци, но только не с леваками. Трусливые реформисты боятся запятнать себя находясь рядом с анархистами. Кретины.
Под конец демонстрации уходим побродить по ночному Парижу. Это последний вечер в городе, и это остро ощущается.
16 ноября. Проездной выданный на три предыдущих дня уже не действует. Персонал гимназии пытается выгнать из спортзала на улицу раньше подходящего нам времени. Через некоторое время этот вопрос удается решить. Идет дождь. Едем в Версаль.
Добираемся туда электричкой. Решаем разориться на двухчасовой билет в покои короля и королевы. И, на мой непросвещенный взгляд, совершенно напрасно. Апофеоз царизма не находит в моей душе никакого отклика. Парк, и закат над ним понравились мне во много раз больше всей резьбы, живописи, скульптур и прочих роскошных излишеств. В электричке не замечаю как доезжаем до города. Вечером наш автобус отплывает на восток.

Берлин II
Часть народа из автобуса (все анархо-синдикалисты и почти все анархисты) по тем или иным причинам решает сойти в Берлине.
Берлин после Парижа как окружность после снежинки. Прямые линии, функциональность, отстраненность.
На тот день, когда мы вписываемся на Йоркштрассе выпадает один из двух дней в месяц, когда автономы открывают в своем доме двери Дружбара. В этот день в нем показывают фильм о жизни бездомных людей в Берлине. И как всегда дешевая еда для всех. Вегетарианское блюдо, опознанное некоторыми товарищами как лазанья, оказывается невероятно вкусным. После наших сухих пайков в Париже горячая еда радует. После еды все самостоятельно моют тарелки в выставленных на отдельном столе емкостях с теплой водой.
Следующий день проходит вяло. В Берлине тоже идет дождь, кроме того, голова заполнена Парижем и никак не хочет возвращаться на место. Впитываю атмосферу коммуны.
Быстрый пробег по некоторым центральным местам только подтверждает мое впечатление от города. Видимо я сейчас не готов принять Берлин.
Вечером, после часовой прогулки пешком, добираемся до улицы, на которой должен находиться бар, в котором назначена встреча, и начинаем его искать. В процессе поиска натыкаемся на дом выглядящий как сквот. Резонно решив, что панковский бар вполне может находиться в подобном месте мы интересуемся у вышедшей из дома девушки не здесь ли он находится. Она говорит да, и указывает на некое отверстие в тротуаре примыкающее к стене дома. Она утверждает, что это вход в бар. Отправляем туда разведчика. Он подтверждает наличие очень маленького помещения подходящего под определение "бар", но как потом выясняется, он не тот, и мы идем дальше. Вернувшись по наводке назад на один квартал мы наконец находим нужное нам заведение. В нем находим друзей и еще с десяток оттягивающихся панков. Продают дешевую веганскую еду. Тарелки моем самостоятельно. Задержавшись до позднего вечера добираемся домой на последнем поезде метро с пересадкой на бесплатный ночной автобус.
Утро. Пытаюсь дозвониться друзьям в Варшаву. Безуспешно. Когда подходит время, распрощавшись со всеми, поездом уезжаю в Варшаву, где о моем прибытии еще не подозревают.

Поезд Берлин-Варшава
Шесть часов в поезде подействовали оглушающе. После нескольких дней активных коммуникаций и перемещений во время которых я всегда был в окружении друзей, я оказался в одиночестве, в окружении людей, языка которых я не знаю. За окном поезда пасмурное ноябрьское небо. Чувствую истощение.

Варшава
Варшавский вокзал немного пугает обилием мрачных личностей просящих деньги и косящихся в мою сторону, когда я пытаюсь говорить на украинском, предположив, что он ближе к польскому, чем русский. Звоню друзьям, которые к счастью оказываются дома. Через пол часа уже сижу у них с миской веганского супа. Моя благодарность им не знает границ. Говорим разговоры.
Следующим утром уезжаю из Варшавы автобусом на Львов.

Львов
В городе провожу примерно 30 минут. Этого времени хватает чтоб доехать от места высадки из автобуса до вокзала, за 10 минут до отправления поезда купить билет, и вскочить в вагон.

Киев
Родной город встретил двумя угрюмыми мордоворотами-контролерами в трамвае требовавшими "плати-штраф-или-выходи". Благодаря моему знанию своих прав их атака была успешно отражена, и они ретировались с поля боя оставив его за мной и солидарными со мной бабушками.

Автор: magduv

Опубликовано: 24.11.2003